October 6th, 2017

Об этносах, нациях, и перспективах наук о Природе. к статье С. Щеглова.

Из комментариев выскочило:

Астрорадар 06.10.2017 09:02  [Что такое нация и откуда она берется]

Ряд этносов просто пасутся...  и поэтому развитие этноса и является формой биологической сукцессии, борьбой за ареал, см. Гумилёва. И только с появлением трудовых навыков начинается направленная трансформация ландшафта, а по достижении некоего уровня освоения территории - консервация традиции адаптации в ландшафте.
Это и есть этнос. Только совместная деятельность порождает его.

Нация вполне сама себе может и разделиться на осси, весси, швейцси, австрси. Германская нация, а этносы разные, особенно ГДР.



vera_ehr  06.10.2017 00:48  

Нация возникает и развивается при капитализме, и умирает вместе с ним. Т.е. это способ объединения в государство людей, проживающих компактно на определенной территории при капиталистическом способе производства. После капитализма возникнут другие общности.

Астрорадар  06.10.2017 09:20  

... потому что сам капитализм может существовать только при интенсивном освоении невозобновимых ресурсов , ставка на ограбление Природы, см. В.Стус.
А когда ресурсы заканчиваются и исчезает возможность безнаказанного грабежа Природы, а установка на грабёж, как способ жизни остаётся, то начинаются коллизии, потому что начинается грабёж людей, а люди начинают возражать, и даже в грубой форме.
Меняется стереотип адаптации в ландшафте, и этнос или вымирает как ИТР в соц.странах, или проживает фазу регенерации и становится другим этносом, с доминантой опоры на преимущественно возобновимые ресурсы. Что потребует колоссальных усилий по грамотному освоению занимаемых территорий на строгих научных основаниях разной там ботаники, географии, океанологии и ихтиологии, и т.д. и т.п.
Например, Англы и и германцы с итальянцами переехали в штаты и стали эническими штатовцами, "технически" оставшись ирландцами, немцами, итальянцами и даже евреями, по нации.

Участвовал в дискуссии.

Оригинал взят у paidiev в Участвовал в дискуссии.

Тут участвовал в дискуссии, будет ли вывешено в инете не знаю, поэтому коротко основные тезисы (тем более сам на слух воспринимаю плохо).

1. Экономическое положение страны по данным статистики – отчаянное. Политика поощрения вывоза капитала и выдавливание расчётов за границу, с сознательным удушением всех форм неинфляционного увеличения денежной массы сделало положение российских банков отчаянным, а финансовую систему, т.е. расчёты, полностью зависимыми от доброй воли Запада.

2. Экономическую и миграционную политику, политику в области занятости  и гос идеологию менять никто не собирается.

Общество расколото чудовищно, один коэффициент Джини чего стоит, но вносят и искусственные расколы. Мало им сталиносрача, так теперь начали поливатьь гнрязью и последнего русского Царя.. для справки, кем реально был Николай Второй.

Политика бонапратизма, игры на противоречиях вобществе возможны лишь в условиях экономического роста и успехов. При Наполеоне Третьем, откуда и пошло словечко "банапартизм",  игра опиралась на рост промышленности где то в четыре раза и села раза в два три. Ну и на сферу услуг, когда Франция стало центром притяжения всех мало мальски обеспеченных людей всего мира.

Россия сегодня не Франция. Ельцин мог проводить политику бонапартизма, раздавая всем опасным куски гигантского советского наследства. У Путина была нефтяная рента, возникшая благодаря политике США по исскуственному удорожанию энергносителей по политическим соображением.

Теперь ВСЁ. Конфликт с США и проедание советское наследство делают обвальное падение уровня жизни неизбежным даже при высоких ценах на нефть.

3. Экономика требует диктатуры. Кто-то должен меньше есть, а то и просто умереть.

На самом деле вариантов диктатуры очень мало. Диктатура это вовсе не зверства, это серьёзная иделогия, чётко определяющая врагов и друзей, кого и для чего давят.

Вариант 1.

В условиях внешнего давления возможна идеология национального единства. Это фашизм Муссолини, нацизм Гитлера, коммунизм Сталина после 1938, кемализм Ататюрка, сионизм Израиля, Баас Насера и Садата.

Есть ли такие попытки? Нет. Все силы были брошены на купирование такого курса.

Вариант 2.

Диктатура компрадорской буржуазии. Латиноамериканский и африканский вариант.

Он возможен лишь при активной,  АКТИВНОЙ поддержке США. Ибо такие режимы ненавидят все, особенно зажиточная часть общества, особенно мелкая и средняя буржуазия. Кстати, никто так в России не ненавидит Кремль, как эта часть народа,  поскольку все элементы гориллизации налицо.

Но с США жёсткий конфликт. И не Крым и Новороссия его причины. США сознательно выбрали эти болевые точки, где капитуляция кремляди максимально затруднена, наносит максимальный ущерб. Ибо, как и принято в западной политике, публично озвучены малоценные претензии, по которым можно вести торг. Но вот реальные претензии могут даже вообще не произносить вслух даже на тайных переговорах.

Собственно причины известны давно: Россия – тыл ЕЭС и его щит, а постепенно становится тылом Китая и связкой Китая и ЕЭС. Вот и надо перестать. «Но Россия не может не экспортировать газ!!!» заявили мне ещё в 2004 году. На что я отвтил тогда большой речью в стиле «проблемы индейцев шерифа не волнуют».

Вариант 3.

Тихое загнивание.
Но это лишь в том случае, если ЕЭС, Англия и Китай устанавливают в рф антиамериканскую диктатуру. Т.е. россиянский чавесизм.  «Зюганова в Президенты». ( А что, чел доказал за эти годы, что для них это лучший вариант Альенде!) Но это потребует прямого управления Россией военно-экономическими  миссиями этих стран.

Ну и вариант 4 – хаос и распад. Где на обломках будут реализованы те или варианты описанные выше. Но пока это не актуально.

Цитата дня

Оригинал взят у shel_gilbo в Цитата дня
«Ни нейтральность, ни внеблоковый статус не помогают Украине. Это было хитростью, преследующей единственную цель — ослабить жертву. Будапештский меморандум тоже не работает… Десяток будапештских меморандумов стоят меньше, чем один ядерный заряд»
(С) П.Порошенко

Валерий Скурлатов: Опыт переходного периода в Китае

Оригинал взят у parti_etat в Валерий Скурлатов: Опыт переходного периода в Китае

http://parti-etat.blogspot.com/2017/10/blog-post_6.html

На 18 октября запланировано открытие XIX съезда Компартии Китая (КПК), и китайское общество активно готовится к самому главному внутриполитическому событию. Уже сейчас по всей стране на уровне провинций, городов и предприятий проводятся своеобразные выставки экономических и научно-технических достижений за время, прошедшее с XVIII съезда КПК в 2012 году.

Всё это время в КНР продолжался мощный экономический рост, страна вышла на передовые позиции в научно-техническом прогрессе, а на некоторых направлениях – в число его лидеров. ВВП КНР к началу 2017 года составлял $11,3 трлн. За шесть лет (с 2010 по 2016 гг.) он более чем в два раза превысил размер ВВП Японии, которая занимает по этому показателю третье место в мире.

Технологический прогресс в КНР по таким направлениям, как искусственный интеллект и распознавание изображений вышел на мировой уровень, а в технологии мобильных платежей и в интернет-торговле Китай стал лидером. 20 сентября журнал Forbes (США) признал, что именно технологический прогресс Китая решающим образом влияет на развитие цифровой экономики в мире, а китайские стартапы считаются лидирующими и создающими новую научно-техническую эпоху. Как итог – сейчас уже китайские бизнес-модели копируются и переносятся на Запад.

Однако экономические успехи Китая стали лишь следствием более фундаментальных и точно просчитанных реформ – политико-идеологических. В результате их реализации в КНР создана особая модель государственно-политического устройства, которая официально называется «социализм с китайской спецификой».

Суть китайской модели в том, что страна перешла от плановой экономики и системы административно-командного государственного управления к специфической китайской версии государственного капитализма с управляемой рыночной экономикой, сохранив однопартийную политическую систему советского типа.

Такая общественно-политическая модель совмещает многообразие форм собственности и экономическую конкуренцию с монополией Компартии Китая на государственную власть и официальным запретом конкуренции политической (и всякой оппозиции власти КПК). В рамках этой модели партийно-государственное руководство КНР в целом пока успешно контролирует действие рыночных факторов в обществе, подчиняя их непрерывному росту экономики; формирует систему стимулов для научно-технических и технологических инноваций.

Идеологически «китайский социализм» опирается на пять источников: марксизм-ленинизм, идеи Мао Цзэдуна, теорию Дэн Сяопина, идею тройного представительства (была выдвинута Цзян Цзэминем) и научную концепцию развития (авторство предыдущего председателя КНР Ху Цзиньтао). В реальности речь идёт об оптимальных способах построения эффективной и при этом незападной модели общественно-политического устройства. «Социализм с китайской спецификой» стал успешным ответом на вызов экономического и научно-технологического отставания страны, которое сложилось на момент смерти китайского лидера Мао Цзэдуна в 1976 году.

При этом, основные «социалистические» установки КПК выводятся – как правило, неявно – из соответствующих традиционных течений китайской философии: конфуцианства, буддизма, даосизма и проч. Они, так или иначе, опираются на конфуцианскую идею отказа от крайностей при решении проблем развития, предполагают учёт противоположных точек зрения и ставят в качестве основополагающей ценности чувство национального достоинства.

Соединение конфуцианства и социализма позволяет населению быстрее принять «социалистические» установки Компартии Китая, сделать их более понятными. В итоге, теоретические установки «социализма» становятся частью современной китайской национальной культуры и идентичности. А идеология и риторика «строительства социализма с китайской спецификой» является не более чем удобным идеологическим обрамлением социально-экономической модернизации Китая.

Уважение к Мао и его положительный образ при таком подходе являются инструментами идеологического воспитания населения, причём не столько в духе социализма, сколько в духе уважения к его курсу на построение «великого Китая». В этих условиях историческая истина о деятельности Мао вынесена «за скобки» научных исторических исследований. В деятельности Мао 70 процентов верных решений и 30 процентов ошибок – вот официальная и общепринятая формула оценки его деятельности.

Руководство КНР здесь, как и в иных вопросах, предельно рационально и прагматично: излишнее копание в историческом наследии Мао, возможно, приблизит к истинному пониманию мотивов его поступков, но внесёт раскол в общество и отвлечёт население от реальной созидательной работы «здесь и сейчас» на благо «великого Китая». Такой подход в китайской действительности работает, что невольно провоцирует сравнение с нашим отношением к собственным выдающимся и неоднозначным историческим фигурам.

Конечно, отдельные элементы китайских реформ или их комбинации уже встречались в XX веке в мировой истории в странах этого же региона (Япония, Южная Корея, Тайвань, Сингапур). Однако ближе всего китайские реформы находятся к советскому НЭПу. И это принципиальный момент с точки зрения использования собственного российского исторического опыта для реформирования страны.

СССР в 20-е годы прошлого века вынужден был после окончания Гражданской войны отказаться от распределительной экономики «военного коммунизма» и внедрить НЭП: высвободить частную инициативу и вернуть рыночные институты, соединив их с монополией РКП(б) на политическую власть.

В 1920-е СССР впервые в истории попытался – и, в силу объективных причин, неудачно – создать незападную модель рыночной экономики для модернизации страны. КНР спустя почти 50 лет (в конце 1970-х гг.) воспроизвела и более успешно развила в реформах принципы НЭПа.

В итоге в КНР создана успешная незападная политико-экономическая модель, неотъемлемой составляющей которой является государственное регулирование рынка и постепенное (не шоковое!) распространение рыночных механизмов в экономике. При этом, в Китае понимают, что такая модель стала возможной в результате отказа Компартии Китая от некритичного копирования западного политико-экономического устройства.

Накануне XIX съезда КПК в повестке реформ в Китае – реформа корпоративного управления на госпредприятиях с перспективой приватизации некоторых из них, создание цифровой и ресурсосберегающей экономики, переход обрабатывающих отраслей промышленности на полную автоматизацию и роботизацию, подтягивание доходов сельского населения до уровня городского, а центральных провинций КНР – до уровня развития приморских.

Таким образом, Китай уверенно движется к построению общества всеобщего достатка.